29 ноября 2008 | Просмотров 2124 | Комментариев
Человек из трудного возраста

"ОГНИ АЛАТАУ" от 25 июля 1985 года


Человек из трудного возраста


 Ю. БУТУНИН







После месячного перерыва, перед гастролями в Москву, вновь продолжил свою работу Государственный академический ордена Дружбы народов русский театр драмы им. М. Ю. Лермонтова. Сегодня наш разговор о последней работе этого коллектива - спектакле "Вся надежда" М. Рощина.

ТОРОПИМСЯ. Спешим. Суетимся. Но остановимся. Посмотрим по сторонам: кому нужны мы? Кто нужен нам? А если никому, а если никто, то жизнь - одиночество. Помножим все это на материнское предательство, когда бросают ребенка, которому отроду неделя. Когда вместо имени ему дают поэтическое прозвище "Роковая ошибка". Прибавим сюда же прожитые шестнадцать лет, не скупясь, добавим открытую злость к ближним, презрение к сверстникам, мщение окружающим. И вот из всего этого сложится портрет девочки по имени Надя, по фамилии Белоглазова. А по-дворовому, попросту - Надька Чума, лидер "фанатов", так теперь называют себя в компании современные; подростки, объединенные общими интересами: урчащим магом, темными подъездами, где коротается свободное время, "обалденными" поступками, от которых взрослые успевают только восклицать: "Господи, что же это происходит на свете?". Чувство вседозволенности рождает страсть к новым, более серьезным поступкам.

Так, шаг за шагом Надька и ее компания двигались к черте, за которой наступало преступление. Автор пьесы М. Рощин обрывает это роковое движение, не дает случиться непоправимому. Трагедию этой истории он видит в ином: коверкается изначальный духовный мир подростка - жалость заменяется жестокостью, боль за близкого человека - оборачивается полным равнодушием, родственные связи рвутся и наталкиваются на стену непонимания. Одним словом - трудный возраст! И в нем мы почему-то стараемся увидеть лишь одну сторону медали - родительскую. Подсчитываем наши упреки, наставления, уговоры, слезы... А что же другая сторона - подростки? Зачастую мы не берем ее во внимание. А может быть, она-то и есть самая главная? Может быть, им, подросткам, с нами тяжелее - вдвойне! - и оттого, что мы настойчиво продолжаем видеть в наших детях капризных неумеек, и оттого, что мы порой, как это случилось в истории с Надькой Чумой, начинаем с подростками играть в забавную для нас игру - во "взрослость". Мы с удовольствием можем напомнить: "Ты уже взрослая!". И тут же, когда ими делается что-то по-настоящему взрослое, впадаем в раздражение "умудренного" человека.

Вот они, "ножницы" наших взаимоотношений с человеком из трудного возраста! Берегись, взрослый - тебе не будет пощады! Хочешь не хочешь, а придется с горечью признаться: "Доигрались!". А что же в таком случае наша ответственность взрослого человека? В лучшем случае, мы постараемся забыть "промелькнувшую" для нас историю. Но вспомните, разве не мы сами когда-то, с кем-то, где-то, как-то, где потихонечку, а где и резко - одним махом заложили невыдуманную правду пусть небольших, но критических явлений нашей жизни?

Сила пьесы в том, что автор не пытается скрывать, приукрашать происходящее. Проблемы, заложенные в пьесе, бесспорно, злободневны, бесспорно и то, что решить их с наскока, по чьему-то приказу сверху не удастся.

Слабость же спектакля проглядывается в найденных режиссером Е. Кучером убаюкивающих приемах, которые на протяжении всего спектакля гасят тревогу за судьбу Нади Белоглазовой.

Талант актеров, занятых в этом спектакле, во многом определил его успех у зрителей. Актерам А. Зубову, О. Селезневу, О. Белкину, А. Скорову, Н. Багировой, Т. Аверковой пришлось сыграть по несколько ролей. Не все они даны в завершенной форме, не все сделаны равнозначно. Пожалуй, приятным исключением можно назвать работы Н. Багировой и А. Скорова.

Лишь только для того, чтобы сотворить какую-нибудь глупость, убить время, знакомится Надька с лейтенантом Орловским (арт. Г. Федоров) и Тоней (арт. Л. Тимошенко),

а оборачивается все иначе. Здесь, среди любящих друг друга людей, Надька вдруг открывает для себя совершенно новые чувства: жалость и свою необходимость, когда "Каждый человек кому-то нужен". Как дороги ей эти чувства! Как безрассудно она бросается утверждать на них свои права - по-взрослому, расчетливо и точно, она при помощи лжи доказывает Тоне, что Орловский изменяет ей. Лопается их тройственный союз, лопается, потому что любовь к человеку и ложь не совместимы. И Надька это понимает здесь впервые. Ну, а если вся жизнь для нее состоит изо лжи, фиглярства, из объектов, окружающих ее и именуемых людьми, над которыми, по ее мнению, стоит поиздеваться. Из потребительской философии - все, что захочу - сделаю, все, что увижу - мое. Что тогда? Надька находит для себя самый легкий путь- уйти из жизни, а сделать это можно запросто - наглотаться таблеток, А что же Орловский и Тоня? Они, после того, как завершилась их "игра" с Надькой во взрослость, воспринимают ее решение, как очередной трюк трудного подростка. Вот такую хорошую неоднозначность закладывает автор в образах Орловского и Тони. Эмоциональная палитра поступков героини актрисы Л. Тимошенко балансирует от. желания одинокой женщины любой ценой заполучить себе мужа - до личности, ценящей прежде всего нравственную чистоту в столь сложных взаимоотношениях. Актер Г. Федоров ведет свою роль осторожно, с оглядкой на невидимый ОТК своей работы.

В своей героине - мамке-Щуре засл. артистка КазССР А. Скрипко нашла индивидуальную черту: легкость в действиях и поступках. С легкостью бросает она свою дочь Надю, с легкостью окунется в круговерть праздной жизни, с такой же легкостью помчится за Надькой, чтобы забрать ее к себе, когда в ее собственную жизнь подкралось одиночество. Актриса действует по логике своей героини, найдено много интересных внешних приспособлений, рельефно проглядывается характер мамки-Шуры. Вместе с автором пьесы актриса подводит итог своим поступкам: "за все в жизни расплачиваться приходится", в образе отчетливо проявляется трагическое изначало. Вкупе- это интересная и цельная работа засл. артистки КазССР А. Скрипко.
Надькин мир тесно завязан с ее подругами - Бухарой (арт. О. Конарева), Жирафой {арт. В. Петрова) и Ленком (арт. Н. Щеглова). В этих работах ощущается прежде всего пробел режиссерского замысла, не выстроены, а следовательно и точно не сыграны взаимоотношения подруг. Предпочтение отдается пестроте внешней чувствительности, которая лишает образы сценической цельности, приводит актрис к скольжению по поверхности ролей, к формальной игре. Относительно других в этом плане выгоднее смотрится актриса Н. Щеглова (Ленок), которая сумела найти точный пластический рисунок, особенность своего характера, осмыслить поступки своих действий. Этого как раз и не хватает О. Конаревой и В. Петровой.

Творческое начало молодой актрисы М. Ганцевой без боязни можно назвать удачным. К слову скажу, что это не первая ее крупная роль в театре. Роль же Надьки Чумы~ лишний раз доказывает, что актриса привыкла работать без фальши, она не любит давать себе поблажку.

Как "вечный гвоздь, сидящий в голове", держит мамка-Клава, приемная мать Надьки, в своей душе настойчивую веру и надежду на лучшее. Народная артистка КазССР Л. Нэльская создает удивительно достоверный образ. Ее героиня существует в постоянном движении, в непредсказуемых переживаниях, умеет глубоко чувствовать и близко принимать к сердцу события, происходящие вокруг нее. Поражает умение Л. Нэльской "забыть" сценическую технику актерского мастерства, актриса дает возможность зрителю увидеть образ из реальной жизни.

Все, что увидел зритель, все это произошло на сценической площадке, но вот закроется занавес, зритель выйдет из театра. Пусть же он задумается, сопоставит, оглянется и вспомнит...









Давайте дружитьв соцсетях

РассылкаТолько самое важное на ваш e-mail
   


  Покупка билетов
Приложение
для смартфонов и планшетов