10 октября 2014 | Просмотров 800 | Комментариев
Портрет в зеркале времени

"Иные берега" (г. Москва)

Октябрь 2014  г.

Портрет в зеркале времени

Элеонора МАКАРОВА

 

Академический русский Театр драмы им. М.Ю. Лермонтова Республики Казахстан (г. Алматы), недавно отметивший свое 80-летие, всегда отличался высокой культурой во всем — в репертуаре, в режиссуре, в актерском мастерстве. Более 20 лет театром руководит народный артист Казахстана, лауреат всех мыслимых и немыслимых премий, профессор Рубен Суренович Андриасян, интеллигент в самом высоком смысле этого слова. Он и заложил основы этой культуры, которая отличает, прямо скажем, далеко не все русские театры не только зарубежья, но и России.
Конечно, нынешнее время оказывает влияние на состояние театров, на репертуар, на зрителя, вкусы которого сильно подпорчены Интернетом, сериалами. Это коснулось и русского театра имени М.Ю.Лермонтова. Ушли из жизни многие замечательные актеры, плоховато со средним поколением, пришла хорошая молодежь, но у нее есть большие проблемы со сценической речью (кстати, как и у взрослых актеров). Думается, что корень зла в их обучении, где речи уделяется мало внимания.
Но что всегда отличало и отличает этот театр и сегодня — прекрасное музыкальное оформление спектаклей, сценография и костюмы.
Мне довелось увидеть 4 спектакля. У театров, «наигравшихся» с современной драматургией, снова возник интерес к произведениям Розова, Арбузова, Володина и Вампилова. И «Старший сын» оказался самой популярной пьесой Александра Вампилова.
Пьеса обозначена автором как комедия, да и по первому впечатлению может сойти за водевиль. И режиссер спектакля Дмитрий Скирта, поначалу смещает жанр в сторону развлекательности. Но постепенно оказывается, что в спектакле поставлены очень серьезные проблемы, порой очень грустные — о том, что человеку необходимо быть самим собой, о высокой цене понимания любви, нежности, добра и настоятельной потребности в общении. В спектакле четко раскрылись особенности драматургии Вампилова — острота нравственного напряжения, неповторимый колорит характеров, в глубине которых и заложены повороты сюжета.
Актер Игорь Личадеев, играющий Сарафанова, создает колоритный образ, который выходит в спектакле на первый план.
Одной из лучших сцен становится ночной его рассказ Бусыгину (Илья Шилкин) о своей жизни, о том, что он искренне всем желал добра, но так никого и не сумел сделать счастливыми. Сарафанов Личадеева не выглядит таким слабым, как у Вампилова и каким его обычно играют. Порой он даже несколько агрессивен, громогласен, но его переполняют эмоции от того, что он так хотел поверить: у него есть старший сын, к которому он искренне привязался.
А Бусыгин в исполнении Ильи Шилкина, обаятельный шалопай и авантюрист, постепенно меняется, становится серьезным и молчаливым (редкое качество у актера — умение молчать и слушать) и осознает, кем он успел сделаться для каждого из этой семьи. В равной степени и ему оказался необходим дом Сарафановых, где люди нашли друг друга и самих себя. Дочь Сарафанова Нина (Виктория Павленко) ищет обыкновенного мужа, чтобы быть за ним как за каменной стеной. Она устала быть старшей в этой бестолковой семье, поэтому собирается выйти замуж за курсанта летного училища Кудимова (Александр Федосеев), до комплекса неполноценности правильного и уверенного в себе.
Актриса очень органично существует на сцене и очень тонко выстраивает свои отношения с Бусыгиным, начало зарождающейся между ними любви.
Сын Васенька (Дмитрий Багрянцев), наивный светлый мальчик, искренне страдающий от своей нелепой любви к соседке Макарской (Анастасия Темкина), которая годится ему в матери. Дети хотят покинуть отца и жить как другие, «как все», и только появление «старшего сына» меняет их планы и все ставит на свои места.
Очень эффектен по замыслу режиссера финал спектакля, когда Сарафанов дирижирует оркестром, о котором он всегда мечтал, и сам играет на кларнете, кругом летают разноцветные мыльные пузыри, а актеры выходят на поклоны под веселую, залихватскую музыку.
«Меня привлекала в героях Вампилова душевная чистота, — говорит режиссер-постановщик Дмитрий Скирта. — Надеюсь, наш спектакль хоть немного растопит сердца, окаменевшие в бесконечных боях за выживание под солнцем».
Василий Макарович Шукшин прожил только сорок пять лет, но он успел сделать столько, что хватило бы на многие жизни. Одних рассказов у него более 120, и все они простые, мудрые, в которых герои кажутся живыми и реальными, каждый живет своей, совершенно особой жизнью, но каждый способен на проявление человеческих чувств — любви, ревности, надежды на счастье.
Каждый, кто прикасается к творчеству Шукшина — актер или режиссер, — будто припадает к чистому роднику, к глотку свежего воздуха, к чему-то очень настоящему, правдивому, доброму и честному.
Театр еще раз доказал это своим спектаклем «Чудики». Владимир Еремин (режиссер спектакля) сделал очень интересную инсценировку, в которой переплетены разные рассказы Шукшина, но сквозь них проходит одна нить — размышления о человечности, о доброте и трудолюбии, где герои-романтики, в каждом из которых есть «чудинка», тянутся к чему-то необыкновенному, стремясь жить не хлебом единым, выскочить из трудной повседневной жизни, мучительно найти смысл жизни.
В.Еремин взял за основу рассказ «Брат мой» и как бы нанизал на него другие рассказы, оставив на протяжении всего действия двух братьев — Ивана и Сеню. Сделал он это очень умело, органично вкладывая в уста персонажей тексты из других рассказов, которые логично перетекают из одного в другой.
Декорация спектакля очень функциональная, созданная художником из Германии Эрнстом Гейдебрехтом — все детали быта очень быстро, ловко и незаметно меняются, и возникает новое место действия. Замечательная музыка Ф.Латенаса. Ф.Шопена и Р.Сакамото становится действующим лицом спектакля, что вместе со сценографией с самого начала создает неповторимую атмосферу очень сложного, многослойного, многонаселенного спектакля.
Спектакль актерский, и, в основном, все актеры (одни лучше, другие хуже) сыграли истинно шукшинских героев, русских людей из далекой сибирской деревни со всеми их слабостями, пороками, добротой, человечностью во всех ипостасях русской души, открытой миру: Шукшин и сам во всех рассказах сочувствовал своим героям, и актеры заставили зрителей и смеяться, и сопереживать им, и болеть за них.
В спектакле есть замечательные актерские работы и прежде всего Иван в исполнении Виталия Багрянцева. На протяжении всего спектакля он очень разный. Приехав из города на похороны отца, он молчаливый, еще какой-то отстраненный от всей этой деревенской жизни, а уже в других рассказах он совсем иной. Так, сказав жене, что потерял деньги, он сделал нелепую покупку — микроскоп, и блаженно улыбаясь, смешной и забавный, рассматривает в него микробов...
А в рассказе «Степка» беглый зек Степан Воеводин (Илья Шилкин), зная, что ему прибавят срок, бежал из тюрьмы за три месяца до своего освобождения, чтобы унять тоску по деревне и подышать родным воздухом. Когда же этого «чудика из чудиков» арестовывает участковый (С.Уфимцев), Степка-Шилкин, не слушая его, только мечтательно улыбается.
Как всегда великолепно сыграла Анастасия Темкина труднейшую роль Немой — эмоционально, глубоко, и когда в финале Немая обрела дар речи, голос ее постепенно окреп и зазвенел громко и уверенно: «Эх, тройка! Птица-тройка, кто тебя выдумал? Знать, у бойкого народа ты могла только родиться, в той земле, что не любит шутить...» Персонажи образуют тройку, впрягаются в нее, она набирает скорость, скачет, сопровождаемая музыкой, хлопьями снега и сильным ветром, бьющим в лицо. «...Русь, куда ж несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа...»
Пьесы Эрика-Эммануэля Шмитта очень популярны во всем мире и не сходят со сцен российских и зарубежных театров. Они кассовые, дающие обширное поле деятельности для актеров, потому что в них есть общечеловеческие проблемы.
Так, в пьесе «Маленькие супружеские злодеяния» подняты вопросы о том, что такое любовь, долговечна ли она, что такое супружеская жизнь, семья, непонимание друг друга, страдания и невозможность существовать друг без друга.
В этой пьесе два действующих лица — писатель, автор детективных романов Жиль (Александр Багрянцев) и его жена Лиза (Ольга Ландина).
Однажды вечером, долго ожидая мужа и выпив изрядное количество алкоголя, Лиза, обуреваемая бесконечными болезненными комплексами, фантазиями, подозрениями и ревностью, решив, что он ее бросил, попыталась его убить, ударив тяжелой статуэткой по голове, в результате чего он попал в больницу и потерял память.
На поверку оказывается, что в больнице он быстро пришел в себя и притворился, что у него амнезия, для того, чтобы провести свое расследование, наблюдая за женой, дав ей возможность представить его таким, каким она хотела бы его видеть, послушать ее и многое понять. Их пятнадцатилетний брак распадался, и эта ложь была необходима во имя любви, чтобы вернуть ее.
Режиссер Дмитрий Скирта очень точно выстраивает отношения героев. Александр Багрянцев замечательно играет свою «потерю» памяти. Когда Лиза привозит его из больницы домой, он появляется такой растерянный, жалкий, несчастный, с мягкой блуждающей улыбкой, объявляя, что не помнит своей фамилии, не узнает ни своего дома, ни своей жены. У него даже походка поначалу неуверенная, он идет будто на ощупь, делая вид, что все мучительно пытается вспомнить. Жиль расспрашивает Лизу, каким он был мужем, любовником, изменял ли он ей, изменяла ли она ему.
По ходу действия выясняется, что все 15 лет Лиза жила в страхе, что он ее бросит: она стареет, а на него еще заглядываются молодые девушки. И желание убить его — это желание перестать страдать, считая, что их брак важен только для нее.
Оба актера в этом дуэте очень органичны, очень пластичны и искренни, особенно Александр Багрянцев. Очень хороши сцены, которые разыгрывают актеры, вспоминая их знакомство, первую брачную ночь. Сцены эти эротичны, но очень элегантно сделаны, идут словно на острие ножа, но нигде нет ни грана пошлости. Хотелось бы сбавить градус их страстей и крика, но зато, когда порой страсти утихают и наступает момент тишины, актеры замечательно молчат и так смотрят друг на друга, что пробирает дрожь.
Как всегда в этом театре, красивое музыкальное оформление (Александр Костромыкин) и стильная декорация (Сергей Мельцер), выполненная в черно-белых тонах — стены, мебель и даже корешки книг, — создают выразительное пространство и атмосферу.
Финал спектакля жизнеутверждающий. Несмотря на то, что сделала его жена, он благодарит ее: она возродила задремавший их брак, заставила его понять многое из того, чего он не замечал, был невнимателен, и понять, что «время — плохой союзник любви». Оба выяснили, что по-прежнему любят друг друга и не могут друг без друга жить.
Русский Театр драмы имени М.Ю.Лермонтова во все времена обращался к русской классике, которая является школой актерского мастерства.
«Вишневый сад», как и всю классику сегодня ставят по-разному — традиционно, размеренно, элегически, порой нелогично осовременивая, желая «переосмыслить» Чехова или просто для самовыражения режиссера. В каждой постановке решается вопрос о взаимосвязи прошлого и настоящего — проклиная прошлое или поэтизируя его, иронизируя над этими людьми или умиляясь их незащищенности и наивности.
К.С.Станиславский говорил: «Чехов — неисчерпаем, потому что несмотря на обыденщину, которую он будто бы всегда изображает, он говорит всегда в своем основном духовном лейтмотиве не о случайном, не о частном, но о человеческом с большой буквы».
Спектакль, поставленный художественным руководителем театра Рубеном Андриасяном, подтверждает неисчерпаемость Чехова. Режиссер не модернизирует Чехова, в нем нет изысканных прочтений, он сделан просто, сдержанно, с юмором и тактом. Он вместе с актерами не идеализирует чеховских героев, а стремится раскрыть всю сложность их характеров, их помыслов. Действие в спектакле неторопливое, элегическое, но полное скрытого драматизма, в нем есть ощущение обреченности — продажа сада неотвратима.
Чехов назвал свою последнюю пьесу комедией, но в действительности это драма конца вишневого сада — сад погибает, олицетворяя не только конец дворянского общества, его культуры. Ему суждено погибнуть в результате беспощадного практицизма «нового русского» деловитого Лопахина.
С первых минут спектакля окунаешься в удивительную атмосферу, созданную режиссером Рубеном Андриасяном, художником Эрнстом Гейдебрехтом и композитором Александром Костромыкиным. Вдали, на заднике сцены, высвечиваются легкие занавеси, на которых нарисованы цветущие ветви вишневых деревьев. На сцене старинная мебель, слева и справа ширмы, на которых старинные фотографии, старинные часы, овальное старинное зеркало и проникающая в душу музыка — романс «Снился мне сад...» Этим романсом отбиваются картины, кроме 2-го акта, который начинается веселой музыкой бала. Но впервые из всех многочисленных увиденных мною спектаклей, на сцене бала нет. Где-то за сценой звучит еле уловимая музыка, но танцев нет. Да, если вдуматься, какие танцы, когда в это время продается жизнь обитателей вишневого сада!
Раневская (Наталья Долматова) изломанная, нервная, быть может, излишне манерная и слишком упоенная собой. И когда актриса, сбрасывая с себя всю внешнюю шелуху, страстно и искренне рассказывает о своем парижском любовнике, отчетливо начинаешь понимать, что она несчастна в своей любви и что Париж — это ее тяжкий крест. Однако при всем этом она беспечно эгоистична и, не задумываясь, возвращается туда проживать деньги ярославской бабушки. Лучшие ее сцены, когда узнав о продаже вишневого сада, Раневская молчит и, прислонившись к стене, тихо плачет, да в финале, когда они, разом постаревшие, обнявшись с братом, сидят на чемоданах, прощаясь со своей прежней жизнью.
Очень интересен Виталий Багрянцев, создавший противоречивый образ Лопахина. Отнюдь не уверенный в себе, преуспевающий делец, он пытается внушить Раневской и Гаеву, что нужно делать, чтобы спасти вишневый сад и возмущен тем, что они так легкомысленно его не слушают. Лопахин-Багрянцев влюблен в Раневскую, быть может, и сам не догадываясь об этом. Видимо, поэтому он так странно и нерешительно относится к Варе (Анастасия Темкина), поэтому он так устало, без эмоций отвечает Раневской: «Варя — хорошая девушка...» Так же устало и растерянно он стоит перед Варей, которая с надеждой пришла на последний разговор с ним. Он не знает, что ей сказать, так как не хочет и не может менять свою жизнь, сознавая ее «нескладность».
Замечательна сцена приезда Лопахина с торгов. Сжавшись, он сидит в кресле и отвечает совсем тихо, но внятно: «Я купил!», а потом подходит к Раневской, пытаясь прикоснуться к ней, чтобы утешить. От того, что она, молча, с силой отшатнулась от него, Лопахин, опомнившись, выпрямляется, начинает чувствовать себя новым громогласным хозяином.
Не очень понятен образ Шарлотты в исполнении Татьяны Банченко. Да, она одинокая, бездомная, в ней есть щемящие нотки грусти, но нет того, на чем настаивал Чехов — в ней нет клоунессы, которая должна развлекать своими фокусами, за это ее держат, кормят, платят деньги...
Фирса играет старейший и известнейший артист Юрий Померанцев. Он мастерски, как всегда, отрабатывает мельчайшие детали, умеет молчать, внимательно слушать и внимательно наблюдать за всеми. Именно благодаря его высказываниям о прошлом до нас доходит одна из главных мыслей автора — бездушие всех этих милых и неплохих людей. Образ Фирса проходит через весь спектакль, становясь его лирическим героем. Фирс-Померанцев настолько прирос к вишневому саду, что неизбежно должен погибнуть вместе с ним.
А финал спектакля просто фантастический — рабочие выносят всю мебель, и Дуняша (Анна Фоминых) снимает со стен все фотографии, на месте которых остаются пустые выцветшие пятна. Посредине оголенной сцены лег отдохнуть всеми забытый Фирс, а на заднике виден подсвеченный вишневый сад. Слышен стук топоров, и нарисованные цветущие ветви начинают падать, прогибаются карнизы и стены, словно и их рубят вместе с вишневым садом.
Финал спектакля щемящий, пронзительный, такой простой, такой больной и очень чеховский.
Спектакли Русского Театра драмы имени М.Ю.Лермонтова очень разные, но каждый по-своему интересен и по драматургии, и по режиссерским решениям, и по способу существования актеров.



Давайте дружитьв соцсетях

РассылкаТолько самое важное на ваш e-mail
* Пожалуйста, заполняйте это поле кириллицей.
Заявки, содержащие латинские символы, не принимаются.
   


  Покупка билетов
Приложение
для смартфонов и планшетов